Михайло Козарин — сказ или быль

Михайло Козарин - сказ или быль

МИХАЙЛО КОЗАРИН — СКАЗ ИЛИ БЫЛЬ

Когда родился Михайло, сказали волхвы-кудесники:

— Быть ему разбойным атаманом!

Рассердился отец, король Коромыслов Пётр:

— Как так?! У меня 9 сынов, и дочь любимая — они будут род королевский славить подвигами, хорошими делами — а он разбойники уйдёт, позорить меня да матушку! Эй слуги мои королевские, возьмите его, бросьте в хлев, чтобы я о нём не слыхивал.

Схватили слуги королевские Михайлу, утащили в хлев. Старшая сестра Козарина, Настасья Королевишна, прокралась в хлев тайком и унесла своего маленького брата. Принесла его в покои, стала кормить, растить. Так и рос, не зная своего роду-племени, кто его пестует, кроме мамки-слуги.

Исполнилось Михайлу 12 лет. Стал он спрашивать:

— Хоть скажи мне, мамка верная, есть ли у меня родной батюшко, есть ли матушка, братья с сестрицами?

Позвала она Настасью Королевишну.

— Чадо малое, Михайлушко! Отец твой — король Коромыслов Пётр, королева — твоя матушка, есть у тебя 9 братьев, а сестриц — только я. Как родился ты на свет, волхвы-кудесники сказали, что будешь ты атаманом разбойников. Батюшка-король рассердился, приказал бросить тебя в хлев свиной, я тебя выкрала, унесла в свои покои, велела поить-кормить, пестовать.

Упал тут ей Михайло в резвы ноги:

— Милая моя спасительница, сестрица любезная, молодая Настасья Королевишна! Болит у меня душа — не нужен я стал ни батюшке, ни матушке, ни родным своим братьям. Не стану я больше жить в твоих покоях, в королевских палатах белокаменных. Об одном слёзно прошу: сходи ты к нашему батюшке, попроси саблю вострую, копьё летучее, седёлышко черкальское, да коня доброго, да сбрую богатырскую.

— Обожди, братец родимый, больно мал ты ещё по свету ездить, долю свою искать.

Прошло ещё четыре года — вырос Михайло Козарин молодцем статным, сильным, удалым. И снова говорит сестре: никому я здесь не нужен, не могу здесь жить, иди, попроси у своего батюшки коня да справу богатырскую.
Послушала его на этот раз Настасья Королевишна, по¬шла к батюшке, могучему королю Коромыслову Петру, ударилась ему в ноги:

— Батюшко мой родимый, не вели казнить, вели слово молвить! Дай-ко ты мне коня доброго, востру сабельку, копьё летучее, палицу тяжёлую, седёлышко черкальское да сбрую богатырскую.

Удивился батюшка, могучий король:

— Да кому, дочь моя любезная, Настасья Королевишна, всем этим добром владеть? Уж не тебе ли самой? Разве это дело для красной девушки?

— Нет, батюшко родимый! Не себе, а братцу прошу своему, а твоему младшему сыну Михайле, которого ты в свиной хлев бросить велел. Ведь я тогда его от смерти спасла, вынесла оттуда, выпоила-выкормила, вырастила — а теперь собрался он со двора ехать, доли-судьбы себе по свету искать.

Разгневался король:

— Как посмела ты тогда ослушаться моего повеления?! Уйди с глаз моих и больше не смей показываться! Была ты у меня дочь любимая, будешь теперь дочь постылая.

Заплакала горько Настасья Королевишна, пошла прочь. Пришла к братцу, говорит:

— Не даёт тебе, Михайлушко, отец ни коня доброго, ни справы богатырской.

— Ну ин ладно, сестрица любезная. Не даёт — так я и сам уведу!

Побежал на королевский двор, зашёл в конюшню, взнуздал коня самолучшего. Увидали это конюхи, стали ворота закрывать, стражу кликать — гикнул Михайло, свистнул громко, скакнул конь — и прыгнул прямо через ограду высокую.

Поехал молодец во чисто поле: ездил, ездил, искал, на ком силушку попробовать, удаль молодецкую испытать — да не встретил ни богатыря, ни богатырши чужеземной. Подался он тогда к темным дремучим лесам, охотиться на зверя бегучего, гада ползучего, птицу летучую. Ехал, ехал по лесной дороге — вдруг засвистел кто-то, аркан вокруг Михайлы захлестнуло, и свалился он на землю. Подбежали к нему разбойники — тати лесные, стали одежку-обувку срывать, в карманах шарить. Натужился Михайло, порвал аркан, разметал разбойников. Ухватил за кафтан ихнего атамана:

— Ах вы, тати-бродяги! Зачем на бедного человека набег творите? Нету у меня ни злата, ни серебра. А вам негоже злодейство творить, несчастных людей губить.

— Никого мы не губим,— отвечает атаман.— У богатого лишнее отнимаем, а бедного отпускаем. Иди к нам, добрый молодец, что тебе одному по лесам скитаться!

Подумал Михайло Козарин: а ведь и вправду несподручно одному по белу свету ходить, может зверь свирепый помять, хворь напасть; да еду раздобыть — и то одинокому человеку труднее, чем в компании.

И стал он разбойником. И не было ему равного по удальству, смелости и силушке молодецкой. Выбрали его атаманом. Тут далеко слава Михайлова пошла: знал его имечко и купец, и боярин знатный, и воин, и простой путник, все боялись Козарина! Но знали: Михайло бедного не тронет, напрасно разбоя не учинит.

Но вот отправился как-то он один на охоту в дальние лесные места. Ездил день, ездил другой, настрелял разной дичи и повёз её в разбойничий стан. Подъезжает, смотрит — сидят трое его братьев-разбойников и добычу делят, что сами, пока атамана не было, промыслили. Стоит Михайло тихонько за деревьями, наблюдает. Вдруг один разбойник зашёл в землянку и выводит оттуда младу-красну девицу красоты неописанной.

— А это, братья, чья будет добыча?

Вскочили тут все, заругались, замахали саблями: каждому хочется красу-девицу себе получить. Потом похваляться стали: к кому она сама захочет пойти?

Один говорит:

— Увезу тебя в края далёкие, заморские, к синь-морю тёплому, заживём там в тепле и радости — еда в тех местах на деревьях растёт, а реки текут молочные!

Другой такие речи сказывает:

— Добуду тебе шелков-бархатов, перстней да ожерелий, всю с ног до головы изукрашу, будешь у меня всех на белом свете наряднее!

Третий соловьем разливается:

— Кормить тебя буду разными сладостями, только бе¬лый хлеб станешь есть, запивать сытой медовою!

— Не надо мне этого ничего, — отвечает девица.

Вскочили опять разбойники, заругались. Вышел тут перед ними Михайло Козарин:

— А мой пай, братья, не забыли вы? Я ведь атаман ваш, со мной тоже делиться надо. Берите всё, что у меня есть — злато и серебро, жемчуга, ткани, коня доброго — только отдайте мне красную девицу.

— Зачем она тебе?

— На волю её отпущу, отцу-матери увезу. Разве вы мой закон не знаете — невинного человека не смей обидеть!

— Нет уж, атаман!— закричали разбойники.— Мы её украли, лучше на три части меж собой разрубим, чем тебе отдадим. Наша, наша добыча!

Выхватили сабельки свои острые, встали между ними, замахнулись — вот-вот порубят обоих. Видит Козарин — делать нечего, затмила им ум жадность и злоба, на всё готовы. Тогда он одного конём стоптал, другого копьём заколол, третий со страху сам убежал.
Сошёл тогда Михайло с коня, схоронил бывших братьев, помолился над могилками. Взял девицу за руку белую, посадил на седло рядом с собой и повез в град-столицу. Дорогой спрашивает:

— Ты скажи-ка мне, красная девица, какого ты роду-племени?

— Я Настасья Королевишна, дочь могучего Петра Коромыслова.

— Так ведь и я Петра Коромыслова младший сын, Михайло Козарин. Эх, сестрица любезная, как же мы с тобой друг дружку не признали? Видно, оттого, что я возрос-возмужал, а ты ещё красивее стала.

Спасибо тебе, родной братушко! Выручил ты меня из неволи, спас от гибели неминучей. Пошла я вечером в зелен сад погулять, налетели разбойники, увезли меня в чашу тёмную.

— Это тебе спасибо, сестрица любезная, что раньше, во младенчестве, меня не покинула, вспоила-вскормила, не дала погибнуть смертью напрасною. Вот как добро твоё теперь откликнулось!

Привёз он её в батюшкино королевство, подъехал ко дворцовому окошечку косящату, да крикнул зычным голосом:

— Эй, гой еси ты, король Коромыслов Пётр! Не было ли у тебя родной дочери?

Выглянул король скорёхонько:

— Была, была у меня дочь любимая, молодая Настасья Королевишна! Пошла вечером в зелен сад погулять, да домой и не воротилась.

— А был ли еще сын у тебя, Михайло Козарин?

— Не было у меня такого сына, добрый молодец!

— Ну так слушай, король: привёз я к тебе твою дочь любимую, Настасью Королевишну. Украли её тогда из сада тати-разбойники, а я её у них отнял. Только вот что скажу: если не признаешь во мне своего сына младшего, Михайлу, которого ты велел во младости свиньям отдать — уедем мы вместе с ней снова туда, где увиделись, в леса тёмные, дремучие, и не увидишь ты больше ни её, ни меня.

Испугался король:

— Ой, куда?! Был, был у меня такой сын! Да это разве ты, Михайлушко? Это ты спас, привёз дочь любимую, а свою сестру Настасьюшку? Спасибо тебе! Вот, наколдовали волхвы-кудесники, что будет Михайло разбойником, а он — глядите, какой стал добрый молодец!

Сходил он с крыльца своего дворца королевского, прижимал Михайлу к груди:

— Сын мой возлюбленный, Михайлушко! Всех любезнее стал ты мне теперь. Посажу тебя на своё место королевское.

Опубликована: 08.06.2014
Автор: Владислав Байбаков

admins